АКТ V. РУССКИЙ ВЗГЛЯД. КИТАЙ

Часто в Китае меня спрашивали: «Любишь ли ты Китай?»

Я отвечал: «Посмотрите на мои фотографии и спросите себя — любите ли вы Китай так, как люблю его я».

Я исследую людей. В разных жизненных ситуациях, обстоятельствах и условиях. Во время мирной жизни и во время войн и катаклизмов.

Китай для большинства людей — не только для русских — другая и непонятная цивилизация.

Я исследую её как тот, кто впервые открывает новую для себя очень древнюю книгу, несмотря на сотни уже прочитанных. Очень осторожно и трепетно переворачивая старые страницы.

Слегка перефразируя Лао-цзы, скажу:

Мы лепим из глины чашу. Нам кажется, что в этом цель, что это наделяет наше существование смыслом. Но именно пустота внутри делает её полезной.

Так и с фотографиями. Цель проекта не в них. А в том почти бесконечном потоке судеб, который они вбирают в себя.

Смысл у каждого будет свой. Потому что каждый из нас — отдельное окно в мир. И то, что видит в нём каждый, — только его.

Мои кадры — это не то, что я в них вложил. Это та тишина, то пространство, которое я оставил внутри. Пустота, в которой смысл проявляется сам. Я не создаю реальность. Я позволяю ей быть.

Неон и старые храмы. Клетка из тростника рядом с электробайком. Уличный продавец, не торопясь, пьёт чай в перерыве.

Я смотрю на китайские города и деревни, улицы и рынки — и вижу другую цивилизацию, живущую по своим законам. Законам, которые писались тысячелетиями. Законам, которые до сих пор многим неизвестны.

В этом бесконечном потоке неона и скоростей я ищу ту самую воду. Тихую, глубокую, несущую жизнь. Я ищу «необработанное бревно» — изначальную простоту, в которой скрыта вся сила.

Каждый кадр этой главы — как и предыдущих актов — часть чьей-то истории. Часть чьей-то судьбы, вырванной мною из контекста отдельной жизни и вплетённой в полотно картины, которая называется «Жизнь Человечества версии 21 века».